НА ГЛАВНУЮ
 
КАМЧАТКА И КОМАНДОРСКИЕ ОСТРОВА
Сроки - VI-VII 2008 г.
Маршрут: СПб- Москва - Петропавловск-Камчатский - о. Беринга (Командорские о-ва) - ППК - Налычевский нац. парк - Москва - СПб.

Часть 4.1. КОМАНДОРСКИЙ ЗАПОВЕДНИК

В конторе заповедника удалось посмотреть черепа и кости морских коров (Стеллерова корова). Иногда они вымываются океаном.

Свен Ваксель:
«…морская корова, которую называют манате. Это замечательное животное, кажется, самое полезное из числа всех животных, описанных мною выше, мясо его чрезвычайно питательно. Могу утверждать, что никто из нас не выздоровел бы от цинги, если бы мы не начали питаться мясом этого животного. Морская корова никогда не выходит на сушу, но никогда не удаляется также далеко от берега. Во время отлива она отходит несколько дальше, чтобы не обсохнуть на берегу, а как только начинается прилив, она снова подходит ближе к земле и разыскивает себе пищу. Пи­тается она морскими травами, выбрасываемыми морем, никакой другой пищи она не принимает. Поэтому ее мясо не имеет дурного запаха или скверного привкуса, а по виду и вкусу похоже на настоящую хорошую говядину, в особенности у не слишком старого животного. Если же попадется старое живот­ное, то у него мясо пронизано многочисленными жесткими и толстыми жилами и связками, которые не так-то легко разже­вать, а потому оно не совсем легко переваривается желудком. Нам случилось раз убить теленка морской коровы, который застрял между камнями при отливе, обсох на берегу и уже не мог после этого выбраться назад. Вес его был равен прибли­зительно тысяче двумстам фунтов, мясо же было очень нежно на вкус. У нас не было только приправ, которые употре­бляются при приготовлении такого рода супов, а то наш суп из этого мяса ни в чем не уступал бы телячьему супу, как он. готовится здесь. … добыв морскую корову, мы получали про­питание для всей нашей команды, то есть для пятидесяти, примерно, человек, на четырнадцать и более дней. Каждому было позволено готовить и есть это мясо, сколько и когда он пожелает. Мы заметили, что если положить это мясо на не­сколько дней в соль, то оно по сравнению с мясом совершенно свежим становится еще гораздо слаще и приятнее на вкус. В этом я имел случай убедиться, когда мы ушли с пустынного острова Беринга на Камчатку. Я тогда распорядился засолить несколько бочек этого мяса впрок в качестве путевого доволь­ствия, так как никакой другой провизии у нас не было. Мы доставили небольшое количество этого мяса даже на Камчатку, и там все с большим аппетитом ели его: в течение всего пути оно казалось нам чрезвычайно вкусным.
     Туловище морской коровы по внешнему виду напоминает перевернутую голландскую корабельную шлюпку. По сравнению со всей ее величиной голова морской коровы небольшая, она имеет маленькие уши и большие глаза. Самая широкая часть ее тела в плечах, а затем оно постепенно суживается, переходя незаметно в хвост. Хвост у морской коровы, как у большой рыбы, расположен поперек, шириной иногда до семи-восьми футов, а у более мелких экземпляров пропорционален общей вели­чине тела. Хвост служит ей в качестве руля; при помощи него она управляет движениями всего тела. Спереди, под плечами у морской коровы находятся конечности—два довольно толстых, и прямых ласта, как у бобров, при помощи которых она дви­гается против течения в поисках пищи, так как вблизи бере­гов растет большее количество морской травы, чем на глу­боких местах. Двигаются морские коровы всегда против тече­ния и настолько близко к берегу, что спины их виднеются во всякое время. У самок немного ниже передних конечностей расположены две груди с сосками, вроде того, как они изобра­жаются у русалок, ими они кормят своих детенышей. Кожа у них темно-коричневого цвета, чрезвычайно толстая, но очень мягкая и ни на что не пригодная. Волос у них нет, только по обе стороны пасти, которая немного похожа на пасть коровы, на­ходится, как у кошки, по нескольку жестких длинных щетин. Когда срезаешь кусками кожу морской коровы, то оказывается, что все тело ее покрыто слоем сала толщиной в три или четыре пальца, словно у жирной свиньи. Когда же срежешь сало, то появляется уже само мясо, ярко-красного цвета, очень аппетит­ное на вид и еще более приятное на вкус. Сала мы сохраняли себе столько, сколько требовалось; мы вытапливали его и употребляли вместо масла.»

Морская корова была полностью выбита человеком всего за 28 лет промысла.

На раздолбанном заповедниковском уазике отправляемся в устье р. Полуденной. В машине что-то зловеще грохочет, скрипит и скрежещет. Водитель Роман клянётся, что больше на этой машине никуда до ремонта не поедет. Ну а ремонт тут делается при помощи запчастей, снятых с ещё более убитой техники. Лишь бы подошли.

Местами «дорогу» перегораживают сползающие с крутого коренного берега языки слежалого, нерастаявшего и к середине июля снега. Здесь Роман выезжает на «лайду» - литораль. Пересекаем довольно бурные речки, машину ведёт на мокрой гальке и водорослях, но победа - за мастерством водителя.


Источник: http://beringisland.ru/map.shtm

Подъезжаем к устью р. Полуденной. Прилив, на машине речку не пересечь. Выгружаемся, натягиваем болотные сапоги. Переходим реку вброд и идём к избушке на берегу. Избушка на кордоне снаружи обтянута чёрным рубероидом, сделана добротно. Внутри стол, нары и даже - библиотека.

Пока на костре кипятится вода для чая (печку днём топить не хочется - жарко) вылавливаем с Мишей по здоровой горбуше, пропитанием, таким образом, обеспечены. Рыбу тут ловить - одно удовольствие.

Карабкаемся на ближайшую сопку. Тундра, карликовая рябина и ива тут ниже мощных цветов ветреницы мохнатейшей.

Погода на Командорах меняется мгновенно. Днём за пару часов совершенно сжег шею на солнце, а вечером натягиваем свитера и куртки. Всё мгновенно заволакивает туманом и начинается «бус» - всепроникающая морось. Вокруг почти ничего не видно, как в облако попадаешь.

За ужином достаю прикупленную в Никольском бутылку водки, охлаждённую в ледяном ручье с горбушей. Сюрприза не получилось - внутри пойло по органолептическим показателям гнуснее ацетона. Жертвую бутылку науке на фиксацию диатомовых водорослей. Не растворились ли они нафиг от камчаткой водки пока неизвестно - пробы ещё не обработаны.

После ужина - приготовление икры. Сначало её надо «грохотать», то есть отделить от ястыков (плёнок). Это довольно противное занятие, особенно на комарах. Несколько облегчает его использование специального самодельного приспособления из палочки и двух спичек, на которые наматываются ястыки. При заготовке икры в более крупных масштабах ее "пробивают" через теннисную ракетку или чистят при помощи специальных устройств. Очищенную икру помещают в марлю и выдерживают от 5 до 15 минут (в зависимости от рецепта) в тизлуке - насыщенном растворе соли. Всё, можно есть.

Самой неказистой икрой считается икра нерки (которая обычно продаётся у нас в баночках). Она мелкая и не самая нежная. Выше всех котируется икра кеты и горбуши - крупнее и нежнее. Икру гольца обычно просто выбрасывают: мелкая, лень связываться.

Вот что пишет о рыбе на Камчатке Свен Ваксель:

«Рыба, которая там ловится,—лосось различных сортов. Первый и лучший сорт называется у них чавычей. Мясо этой рыбы белое, весит каждая рыбина от семидесяти до восьмидесяти фунтов, она нежна на вкус и очень жирна. Эта порода рыб ловится от середины мая до конца июня, а после этого в течение всего года не попадается больше ни единой рыбы этой породы. Ее по большей части солят, так как она слишком мясиста и не поддается поэтому сушке. Другой сорт—тоже из породы лососей,—называемая у них няркой. Она весит от семи до восьми фунтов, мясо ее красное и жесткое, на вкус оно, правда, недурно, но люди нашей команды заметили, что сразу, когда начинаешь питаться ею, образуются сильные запоры. Камчадалы, однако, ничего подобного не знают, они сушат эту рыбу на солнце и делают из нее так называемую юколу. Третий сорт называют кетой, эта рыба по величине немного больше нярки, мясо ее белое и мягкое, из нее также приготовляют юколу. Четвертый сорт—мальма. Она гораздо меньше, чем оба описанных раньше сорта, и так как эта рыба очень жирна, а мясо ее тоже совсем мягко, то из нее камчадалы готовят свои запасы рыбьего жира, что делается следующим образом. Рыбой заполняют доверху большой чан, затем бросают в него раскаленные камни и плотно закрывают; в результате из рыбы вытапливается жир. Затем продолжают кидать в чан раскаленные камни, пока весь жир не вытопится. Таким образом получают из двух-трех тысяч рыб большую бочку чистого и прозрачного рыбьего жира, который в продолжение всего года употребляют в пищу вместо масла.
     Я едва не забыл указать, что самая первая рыба, которая приходит весной в громадных количествах, это сельдь. Как-то раз в Петропавловской гавани мы бросили сеть и не могли ее вытащить обратно на берег. Пришлось подъехать на лодках и черпать из сети рыбу ведрами. Я уверен, что за этот единственный завод сети, длиной приблизительно в двадцать пять сажен по обоим ее крылам, мы выловили свыше пятисот бочек. По-видимому, это очень недурной сорт сельди, и я думаю, что если бы иметь на месте испанскую соль и засаливать ею эту сельдь, то она ничем не уступала бы голландской селедке. Сельдь, однако, остается в этих водах лишь недолгое время, по всей вероятности, потому, что ее очень сильно преследуют киты; некоторые из них гнались за сельдью даже в нашей гавани.
     Вот еще один способ, каким камчадалы обеспечивают себя продовольствием на зимнее время: они выкапывают в земле большие и глубокие ямы и засыпают эти ямы доверху свежей живой рыбой всяких пород до двадцати—тридцати тысяч штук. Затем яма покрывается дерном, а чтобы песцы и другие животные не подобрались к запасу, поперек, поверх ямы, кладется несколько бревен. Здесь рыба остается лежать, гниет и превращается в какую-то слизь. Это для камчадалов лучшее лакомство, а так как запасы его очень велики, то из них варят также пищу для собак. Называется это у них юколой. Когда приближаешься к тому месту, где имеется такая яма с рыбой, то по запаху чувствуешь ее за добрую четверть мили. Мне самому никогда не приходилось пробовать юколу, но некоторые из наших людей ели ее с большим аппетитом.»

И ещё вот про икру (впрочем, это относится к Камчатке, а не к островам, т.к. березы на них нет):

«Далее приготовляется сушеная рыбья икра, которая предназначается, главным образом, для мужчин, отправляющихся в лес для добычи диких зверей. Имея при себе один-единственный фунт этой сушеной икры, камчадал обеспечен провиантом на целый месяц, ибо когда ему хочется поесть, он срезает кору с березы (а они растут здесь везде во множестве), снимает верхнюю мягкую кору, а твердую ее часть, прилегающую ближе всего к стволу дерева, намазывает небольшим количеством взятой с собой рыбьей икры, а затем поедает ее, как сухарь или как бутерброд, что и составляет всю его пищу. Наполнив, кроме того, свой желудок чистой водой, он снова на целые сутки становится работоспособным.»

На следующий день перешли в бухту Гладковскую. Успешно миновали «прижимы» - скальные участки суши, к которым во время прилива вплотную подступает вода. Прошли колонию бакланов на отвесной скале. На берегу встречаем множество птиц - берингийские песочники, чайки, утки-каменшуки, моевки, пуночки. К берегу довольно часто подплывают каланы и нерпы.

Следующий день - переход до Арки Стеллера. Это скальная арка-останец на берегу океана, ставшая фактически символом Командорских островов. Л.М. Пасенюк в одной из своих книг отмечает, что лет сто назад каменная арка называлась «штаны Тетеринова». Правда, кто такой был Тетеринов, и отчего его штаны окаменели, остаётся неясным. Неподалеку обнаруживаем ещё и маленькую арку, которую называем «Проходом Стеллера».

Здесь мы встречаем долгожданного сапсана. Некоторое время уходит на фотографирование птицы и поиски её гнезда в живописном каньоне.

Во время передвижения по острову постоянно встречаются песцы и их молодые щенки. Нафотографировано их уже много, но всякий раз рука тянется к фотоаппарату снова и снова. Взрослые песцы выглядят как-то гнусновато, по-хулигански. Нас и предупреждали - воруют всё, и не только съестное. Многие еще не перелиняли полностью, что не придаёт им эстетичности.

«Из сухопутных животных на острове Беринга нам не встре­тилось ни одного, кроме так называемой каменной лисицы или песца, слегка голубоватого цвета, которые водятся там в таком неимоверном количестве, что нам стоило больших трудов держать их в некотором отдалении от землянок, в ко­торых мы жили. Они совершенно не боялись людей и причи­няли нам очень много вреда, обкрадывали нас и таскали вся­кие вещи, которые мы прятали от них: сапоги, чулки, под­вязки и тому подобное, словом все, что бы им ни попадалось на глаза. Мех их не такой мягкий, как у песцов, добываемых в Сибири, что, как я полагаю, объясняется различием в пище по сравнению с сибирскими песцами, а также постоянной сы­ростью и непогодой, парящей без перемен на этом острове всю зиму и лето. Сличалось мне встретить также белых лисиц, однако мех на спине у них остается немного желтоватым, а по качеству и по мягкости волоса они значительно уступают сибирским песцам.» (С.Ваксель)

По дороге к Арке наткнулись на непропуск, пришлось штурмовать коренной берег при помощи верёвки. Обратно вернулись поверху, по тундре.

К сожалению, добраться до самого юга острова в этот раз не удалось, что очень жалко, поскольку именно там (если не считать небольших островов Топорков и Арий Камень) располагаются основные птичьи базары и живописные скалы. Не смогли мы побывать и на месте высадки Второй экспедиции В. Беринга в бухте Командор, когда и был открыт остров, получивший впоследствии имя Беринга. Тут уместно рассказать о некоторых, связанных с открытием острова интересных фактах.

Комадорский заповедник
Едем в заповедник.

Комадорский заповедник

Комадорский заповедник

Комадорский заповедник
Первая избушка. Ночевали все-таки в палатках, а в домике пользовались библиотекой.

Комадорский заповедник
Ветреница мохнатейшая (это такое название у растения).

Комадорский заповедник
Берингийский песочник - местный куличок.

Комадорский заповедник

Комадорский заповедник
Самка лапландского подорожника.

Комадорский заповедник
Рододендрон.

Комадорский заповедник

Комадорский заповедник

Комадорский заповедник

Комадорский заповедник
Примула.

Комадорский заповедник
На берегу видна наша избушка.

Комадорский заповедник

Комадорский заповедник
Цветущая княженика. Из ее красных ягод финны делают ликёр.

Комадорский заповедник
Рябчик.

Комадорский заповедник

Комадорский заповедник
Очистка икры от плёнок - утмительное занятие, особенно когда тебя едят комары.

Комадорский заповедник
К нам пришёл песец.

Комадорский заповедник
Песец ещё окончательно не перелинял, и оттого вид у него особенно гнусный.

Комадорский заповедник

Комадорский заповедник

Комадорский заповедник

Комадорский заповедник

Комадорский заповедник

Комадорский заповедник
Водоросли на берегу.

Командорский заповедник

Командорский заповедник
Краснолицый баклан на гнезде.

Командорский заповедник

Командорский заповедник

Командорский заповедник
Утки каменушки.

Командорский заповедник

Командорский заповедник
Идти по берегу очень непросто - ноги вязнут, всё время приходится выбирать где грунт покрепче.

Командорский заповедник

Командорский заповедник
Вот и кончилась дорога..

Командорский заповедник
Самка песца пытается отогнать нас от щенков...

Командорский заповедник
Этот маленький щенок песца спрятался прямо на дороге. Он уверен, что отлично замаскировался, и лежит не шевелясь

Командорский заповедник
Завтрак, обед и ужин...

 

© 2008 Ivan Prilezhaev

Написать мне можно по адресу: bafut@yahoo.com
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
В начало